Перебегая через дорогу с шестиполосным движением, на короткий зеленый, она почувствовала, как с ноги слетел туфель.

— Черт, — выругалась она, и ринулась обратно в тот момент, когда зеленый начал таять, мигая последними тремя сигналами. Водители уже поставили ноги на газ, готовые дернуться с места.

Она была ой как некстати в этом потоке жизни. Не замечая рычание машин, готовых к движению, увлеченная рассуждением о своих вечных заботах и проблемах, в какой-то момент решила, что слетевший туфель, был последней каплей, добавившейся к утреннему сбежавшему кофе, заболевшему корью ребенку, вчерашнему выговору на работе, растаявшим в кошельке деньгам, разбитой любимой чашке и разорванному чулку, но ошиблась. Машина, которая резко рванула с места, сбила ее с ног. Зажмурив глаза и ощутив весомый толчок в бок, она стала приближаться к асфальту, не успевая обдумать произошедшее, но успевая понять, что предыдущие события и слетевший туфель ничто по сравнению с тем, что случилось…

— Ты как? — сквозь шум в ушах услышала она, чувствуя под собой холодный ноябрьский асфальт. Над ней склонился мужчина неаполитанской внешности. Черные как смоль волосы и на оттенок светлее глаза.

— Я очень устала, — тихо сказала она.

— Я спрашиваю сейчас ты как? Жива? — повторил он вопрос.

— Сейчас… да, — она приподнялась на локте. В боку гудело. Зеленые светящиеся шарики понеслись радостным хороводом перед глазами. В последнее время они очень часто носились перед ней в бесконечной гонке ее дней. С шести утра она, поднимаясь под звон ненавистного будильника, начинала свой день, который заканчивался в двенадцать, а иногда и в два ночи. Перерывов на «обед» её жизнь не предусматривала. Она бежала вперед как испуганная косуля. Не замечая себя, неслась куда-то вперед в страхе не успеть. Эта тропа с детства вела ее ухабами, периодически убегая из-под ног. Постоянный стресс наслаивался пластами. Работа, бесконечные репортажи и интервью, сын, школа, уроки, магазины, продукты, борщ, по ночам статьи для журналов, с которых она имела деньги на «масло» к хлебу, на который зарабатывала на основной работе, будучи журналистом местной небольшой газеты. В этом потоке зеленые шарики преследовали ее постоянно, но она отмахивалась от них тонкой белесой ручкой, понимая, что другого выхода нет.

— Я отвезу тебя в больницу, держись за шею, — сказал неаполитанец и подхватил её крепкими руками. За те секунды пока он нес ее к машине, пусть даже с ноющей и периодически стреляющей болью в боку, она испытала истинное блаженство. Всю жизнь она бежала на своих тонких, таких же белесых ножках, спотыкаясь, падая, сама поднимаясь и продолжая путь. А сейчас на руках в роскошную машину… Ничего, что в больницу, ничего, что со сломанными ребрами…

…- Ну, что, ты думаешь он хороший для нее вариант?

— Думаю да, но зачем так жестоко? Ты не мог познакомить их где-то в кафе?

— В кафе?! А когда ты видел ее там последний раз? Когда ты видел ее вообще где-то из-за бесконечной гонки? Ее же невозможно было словить. Взгляд в пол, с горой обязанностей на плечах. Подошли к ней на улице кого — убежит же. Я пробовал, убегала.

Мужчина неопределенного возраста, стоящий чуть поодаль от места аварии, провожающий взглядом удаляющуюся машину, пожал плечами.

— Вот и я о том же… Она думала, что туфель последняя капля, но туфель по сравнению с аварией ничто. Все на контрасте и в сравнении… Иначе она бы не согласилась на это знакомство, убежденная, что для нее счастья нет. А мне жалко наблюдать за её метаниями, устала она, и деваться-то ей теперь и некуда. Так, что… стрелять?

— Стреляй уже, не тяни.

Второй мужчина такого же неопределенного возраста достал из кармана белую, овальной формы капсулу, написал на ней слово «любовь» и, засунув в небольшой белый пистолет, выстрелил в небо. Шума от выстрела не последовало, но присмотревшись, можно было увидеть, как маленькая капсула, взметнувшись вверх со скоростью света, за секунду преодолела расстояние от них до машины, мчавшейся в больницу, скрылась в ней и осела в сердце «неаполитанца». Второй мужчина, тут же повторив все махинации, отправил следующую капсулу, с такой же надписью, которая разместилась в той же машине в соседнем сердце.

— Правильно, хватит, набегалась. Пусть отдохнет… а с туфлей ты, все-таки хорошо придумал, — мужчина, улыбнувшись, потрепал напарника по плечу и оба растворились в воздухе…

©Василиса Савицкая

Источник

The post Она была ой как некстати в этом потоке жизни first appeared on Сторифокс.